Work Text:
Алтан, конечно, подслушивал.
— За что, шеф?!
— Проверенная нянька заболела. Ты предлагаешь мне отпустить наследника в город с кем попало? Ты хотя бы сможешь защитить его, если что.
— Но парк аттракционов, шеф…
— Ты споришь со мной, Дракон?
Потихонечку, на цыпочках Алтан открался от двери в кабинет деда. Новостей было две: хорошая и плохая. В парк он всё-таки поедет. Но с кем? Дракон был очень крутой, самый крутой из всех, кто работал на деда, и вряд ли одобрял всякие карусели, американские горки и жареный миндаль. Алтан будет выглядеть маленькой лялькой, а ему бы хотелось казаться взрослым…
В конце концов ему уже целых одиннадцать лет, он учится по усложнëнной программе, занимается кэндо, боксом и китайским!
С нянькой таких проблем не возникало, она была старая уже, и вряд ли крутая.
В назначенный день он сел в машину и поклялся себе, что будет вести себя по-взрослому.
Поездку в парк ему обещали давно, за хорошее поведение и успехи в учëбе; теперь, оказавшись в раю, где со всех сторон гремели, сверкали и жужжали разные классные штуки, Алтан из последних сил корчил презрительную мину.
— Это всё для малышей. Хочу вот туда, — он указал на «Катапульту», взлетающую в небо и падающую с огромной скоростью. В животе заранее что-то ëкнуло от ужаса.
— Туда пускают с двенадцати лет и при росте от полутора метров, ваша светлость, — ответил, сощурившись, Дракон. — Не получится. Для вас такое пока опасно. И вот эта «Мëртвая петля» тоже.
— Тогда ничего мне не надо, — гордо заявил Алтан и отвернулся. Очень неудачно отвернулся: прямо к американским горкам…
День, который должен был стать праздником, на ходу становился ужасным.
— Может, мороженку?
— Не хочу, — соврал Алтан так кисло, что сам себе не поверил. — Я не маленький…
— А я бы съел, — вдруг сказал Дракон. — Люблю мороженое. И поп-корн. И вату сладкую. И карусельки с лошадками тоже!
Алтан воззрился на него, крайне удивлённый. С его точки зрения, взрослые крутые бойцы не имели таких детских слабостей!
— Ты… любишь… карусельки?
— Ага, — беззаботно осклабился Дракон.
Выход был найден. Удобный, позволяющий сохранить достоинство и показать себя хорошим начальником, таким, как дед!
— Раз тебе такое нравится, я мог бы прокатиться на американских горках с тобой. Чтобы не смеялись, что большой дядька на детском аттракционе. Решат, что это ты со мной, а не я с тобой!
— Разумеется, — отозвался Дракон, широко улыбаясь. Алтану смутно почудился в этом подвох, но он не стал задумываться, а потащил телохранителя покупать билеты. Американские горки, карусель, «Крылатые качели», сладкие орешки, лимонад со вкусом жвачки, жвачка со вкусом лимонада! Если уж Дракон такое любил, Алтану тоже не должно было быть стыдно!
Промашка вышла в тире. Он очень хотел мягкую игрушку, но пневматическая винтовка плясала в руках, пульки упорно не желали лететь в мишень, приклад больно тыкал в плечо…
— Позвольте мне разок стрельнуть, ваша светлость, — попросил Дракон. Легко вскинул на плечо винтовку и поразил самую сложную мишень. Большой красный плюшевый дракон свалился в лоток.
— Ты его себе возьмëшь?
— Ну куда же мне с игрушкой, ваша светлость? Засмеют! Ещё и дразнить будут: Дракон с драконом! Хотите забрать?
— Пожалуй, — надменно признал Алтан и поскорее схватил плюшевое чудо.
Дракон был очень мягкий, понимающе смотрел блестящими жëлтыми глазами, умел обнимать лапками и очень хорошо впитывал слëзы. Никому не рассказывал, что Алтан иногда плачет.
Ладно, после того взрыва — не иногда.
Игрушку сто раз стирали, конечно, она не могла пахнуть лимонадом и поп-корном. Однако она пахла и напоминала о том замечательном дне…
Плюшевый дракон был хранителем всех секретов на свете.
***
Вадим ввалился в комнату, бурча, как озабоченная бабка.
— Да не ранен я! — выкрикнул Алтан. — Просто всё… пло… устал!
От кос болела голова, планы рушились, всё рассыпалось и, как в детстве, мучительно не хотелось казаться хлюпиком перед великолепным Вадимом.
— Хотите какао прям в постельку? Или винишка? Вы же уже большой мальчик, ваша светлость… о-о-о!
Алтан понял, что выглядывающая из-под одеяла мордочка дракона выдаёт его с потрохами.
— Тëзка, — умилëнно проурчал Вадим. — Вы его храните?
— Детство в жопе заиграло, — огрызнулся Алтан.
Позорище!
Теперь-то он взрослый без оговорок, как оправдать сон с игрушкой? С дурацкой мягкой игрушкой!
— Уйди, — потребовал он. — Мало ли что ещё в моей комнате найдëшь! Будешь потом ржать!
— Разве я когда-нибудь смеялся над вами? — спросил Вадим очень серьёзно. Подумав, Алтан вынужден был признать, что никогда. Дракон мог бесконечно иронизировать, фиглярствовать, рассыпать сомнительные шуточки, но они не бывали обидными лично для Алтана. Он мог прикалываться над другими наëмниками, дурацкой рекламой, глупыми книгами, бестолковыми противниками, но ни разу в жизни не сказал, что Алтан маленький, глупый, сентиментальный, пафосный… в общем, не назвал его так, как, может быть, следовало бы.
Вадим работал на него как телохранитель, но попутно оберегал и кое-что иное, посложнее куска мяса, страдающего болями в ногах и ночными кошмарами. Не тело-, просто хранитель. Такой, как плюшевый страж сновидений.
— Скажи-ка мне, — произнëс Алтан, разом теряя запал ругаться. — Ты ведь не любишь ни сладкого, ни детских развлечений… ты хотел, чтобы у противного мальчишки был хороший день?
— Видал я мальчишек гораздо противнее, — усмехнулся Вадим. — Вы старались казаться взрослым — а кому неохота этого в одиннадцать лет?
— Это был чудесный день, — с усилием сознался Алтан. — Я благодарен тебе за него.
— У вас было не то чтобы очень много радостей, ваша светлость.
Вадим смотрел без улыбки, тепло и внимательно.
— Так что же, принести какао? Винишка? Чаю с ромом?
— Какао. С зефирками. Как в детстве. И посиди со мной.
Уже засыпая, Алтан чувствовал, как тяжëлая лапа медленно гладит по голове, перебирая расплетëнные волосы, подтыкает одеяло — ему и плюшевому дракончику.
— Его зовут Вадим, — сонно сказал он, не открывая глаз.
Ответа не последовало, но тëплая рука вернулась на затылок, погладила ещё.
Что с этим делать, Алтан решил подумать потом.
Пока что ему было тепло.
Игрушка пахла лимонадом и жареным миндалëм.