Chapter Text
20.12.2020, раннее утро накануне Tencent Video All Star Awards, Нанкин [1]
Ван Ибо буквально влетел в забронированный для него номер отеля и тут же споткнулся о вереницу чемоданов, стоявших в прихожей:
— Ох ты ж, #ля, — чертыхнулся он, — нафига ты столько всего притащил?..
— Бо-гэ, — раздался знакомый голос из глубины номера, — не ругайся. Ты же сам просил захватить тебе тёплых вещей.
Ибо разулся и снял свой рюкзак, оставив его в прихожей.
— Просил. Но три чемодана[2]!..
— Там же и мои вещи тоже! Да одна твоя зимняя куртка знаешь сколько места занимает?.. Уже середина декабря, а ты в одном худи бегаешь[3]. Я забочусь о твоём здоровье, — Ибо завернул в комнату и наконец-то увидел его: Сяо Чжань в очках и большом, уютном даже на вид, тёмном свитере сидел на кровати, опираясь спиной на подушку. В рассветном полумраке комнаты его лицо озарял голубоватый отсвет экрана планшета, с которого он проверял свои записи. Почувствовав, что на него смотрят, Чжань оторвался от работы, поднял взгляд и тепло улыбнулся:
— Привет.
— Привет, Чжань-гэ, — просиял Ибо. Он просто не мог (да и никогда не хотел) удержать ответную улыбку, если Сяо Чжань смотрел на него вот так — будто ничего больше в мире не имеет значения, только один он — Ван Ибо. Этот взгляд вдохновлял и воодушевлял, как ничто другое.
— Иди уже ко мне, я соскучился.
— Погоди, дай хоть руки помою, я же из аэропорта, — Ибо стянул через голову своё худи и направился в ванную.
— А где твои ребята? — услышал он сквозь шум льющейся воды.
— У тебя в номере сидят, — ответил Ибо, тщательно умываясь, — с твоими вместе. У них какая-то заруба в маджонг[4] запланирована.
— Хэ-хэ-хэ, маджонг? Серьёзно? Они успеют?
Закончив умываться, Ибо глянул на свой Rolex:
— Успеют. До выезда на репетицию ещё больше трёх часов.
Он вернулся в комнату, Сяо Чжань похлопал по покрывалу рядом с собой:
— Ложись, отдохни. Боюсь даже спрашивать, сколько ты сегодня спал.
Ван Ибо устало дёрнул краешком рта, изображая улыбку, и перебрался на кровать.
— Мало, гэ, мало, — он лёг рядом, одну руку устроил на коленях Чжаня, а вторую просунул между его спиной и подушкой, притянул себя к нему так, что практически уткнулся носом в мягкую ткань брюк, и закрыл глаза, уставшие от тотального недосыпа и сухого воздуха в салоне самолёта.
Сяо Чжань ласково глянул на него сверху вниз и усмехнулся:
— Команда «к ноге» выполнена?.. — он аккуратно запустил пальцы в уже порядком отросшие волосы Ибо. — И опять эту штуку носишь, — Чжань подцепил пальцем цепочку, на которой болтался забавный амулет из белого золота в виде косточки[5]. — Я же пошутил, а ты…
— Считай, что шутка удалась, — вяло ответил Ван Ибо. — Пусть отвлекает внимание. Будешь ещё дразнить меня — укушу.
— Не буду, не буду, — тихо засмеялся Сяо Чжань, — отдыхай. Я поработаю пока.
— Мгм.
Несмотря на расцветающее за окном холодное утро, в номере было тепло, а опущенные плотные шторы создавали приятный полумрак: Сяо Чжань подозревал, что его партнёр приедет уставший, и приготовил всё так, чтобы тот мог отдохнуть, пока ещё оставалось время до репетиции. Чжань разместил планшет на своих ногах, высвободив руку для управления, а второй он продолжал легонько поглаживать Ибо.
— Гэ, — сонно пробормотал он, — спой мне что-нибудь.
— М-м?.. Колыбельную, что ли?
— Всё равно… люблю слушать, как ты поёшь.
— Хм… Ладно, — ответил Чжань, и, не отрываясь от рабочих записей, начал напевать известную мелодию, а потом добавил к ней слова: — And I… I… will always love you-u-u-u… I will always love you-u… you-u… My darling you… m-m…[6]
— Всё, стоп, — внезапно остановил его Ван Ибо, — очень красиво, но не хочу, чтобы ты пел мне ещё хоть что-то из этой песни. Давай другую.
— Хэ-хэ, прости. Не подумал. Посмотрел «Телохранителя»[7], пока летели сюда, прицепилась, теперь вот крутится в голове. Сейчас, сейчас… — он оторвался на секунду от экрана, пробежался взглядом по лежавшему рядом с ним Ибо, и на этот раз запел на китайском: — На левом берегу Сены... кафе-е...[8] — не нужно было открывать глаза: Ван Ибо по голосу мог определить, что Сяо Чжань улыбается.
Прижимаясь к уже такому родному для него человеку, Ибо слушал знакомые строки о признании в любви и воздушных шарах. Ему бы сейчас заснуть хоть ненадолго, но в голове всколыхнулись тревожные мысли, разбуженные прошлой песней. Он вдруг вспомнил, как год назад был очень близок к тому, чтобы пошатнуть их отношения настолько, что возможно сейчас он не смог бы даже просто находиться рядом со своим любимым…
декабрь, 2019, Пекин
Конец 2019 года выдался непростым. Весь мир переживал из-за ужасных пожаров, уничтожавших реликтовые леса Австралии[9], а вместе с ними миллионы уникальных животных; Китай только-только отходил от массовых протестов[10], с самого лета бушевавших в Гонконге, и в это же время из центра страны начинали поступать тревожные сведения о вспышке неустановленного пока заболевания[11]… А Ван Ибо уже несколько месяцев подряд пытался разобраться, кто сдал на чёрный рынок его личные данные и устроил против него очередную диверсию в соцсетях [12].
В этот раз Янь-Янь[13], негласно считающийся начальником личной охраны Ибо, проводил его не просто до двери, а зашёл вместе с ним в квартиру. Ван Ибо без слов понял: значит, есть, что обсудить. Янь-гэ зачем-то тащил с собой целую упаковку баночного пива. Ибо даже пошутил — мол, настоящий профи, никогда не расстанется с гарантией приятного вечера. На что его телохранитель лишь неопределённо хмыкнул.
Они прошли в гостиную (пиво Янь-Янь всё же оставил в прихожей) и остановились рядом с диваном.
— Твои ребята обнаружили ещё что-то? — прямо спросил Ибо.
— Да, босс, — он уже почти не дёргался от такого прозвища. Поначалу Ван Ибо пытался убедить свою охрану звать его просто по имени. Обращение «босс» от двух «верзил» заставляло чувствовать себя каким-то мафиози из дешёвого боевика. Но те были непреклонны: он их наниматель, значит, — «босс».
— Серьёзно?.. Oh, ma-an!
— Ибо, ты лучше сядь.
— Что? — он послушно опустился на диван. — Опять плохие новости? Мы ведь только недавно раскопали, что номер в тот раз слила моя менеджер… Чжоу Вэй[14] готовит анонимный донос в службу безопасности Yuehua[15]… Представляешь, он нашёл огромные утечки по оплате моих рекламных контрактов в обход официальных счетов! Кошмар. Я даже думать боюсь, на какую сумму она обокрала и меня, и агентство[16]… — Ибо, упёрся локтями в колени и сжал руками голову, — очень надеюсь, что получится отдать её под суд, и пусть там с ней разбираются. Какой-то ниипический пи$#ец, — он нервно усмехнулся, вздохнул, и, немного помедлив, поднял взгляд на начальника охраны. — Ну, давай, выкладывай. Я уже не знаю, что может быть ещё хуже?..
Янь-Янь достал из-за пазухи несколько листов печатного текста и протянул своему подопечному, тот взял бумаги и принялся читать: сначала бегло просмотрел записи, потом вчитался внимательнее. Начальник охраны наблюдал, как на юном посерьёзневшем лице постепенно проступает осознание, как глаза расширяются в порыве праведного гнева. Янь-Янь кивнул, понимая, что Ван Ибо сделал те же самые выводы, что и они с командой. «Вот теперь время выпить…» — подумал он, бесшумно развернулся и вышел в прихожую за оставленным там пивом, давая своему маленькому боссу немного прийти в себя от полученной информации.
Когда он вернулся, Ван Ибо хмурился, кусал губы и сжимал пальцы до побелевших костяшек, сминая ни в чём не повинную бумагу. Янь-Янь снова кивнул, сам себе подтверждая, что Ибо отреагировал примерно так, как и думали они с Лэ, когда решали, каким образом донести до босса полученные данные.
Янь-Янь вытащил из упаковки две банки пива. Ван Ибо поднял на него несчастный взгляд.
— Он знал… — начальник охраны кивнул ещё раз. В глазах его подопечного стояли слёзы, Ибо стиснул зубы, чтобы как-то сдержать рвущееся наружу отчаяние, он сильнее сжал кулаки, так, что разорвал бумаги, и не удержавшись, зашвырнул их подальше. Мятые обрывки разлетелись по всей гостиной. Янь-Янь покачал головой, вскрыл банку, присел рядом и сунул её прямо в руки Ибо. Тот вздрогнул и уставился на пиво так, будто прямо на него идёт цунами, а ему предлагают выпить чайку́ в ожидании.
— Пей, — спокойно сказал Янь-Янь, — сейчас надо, — Ибо продолжал гипнотизировать банку. — Пей, пей, мальчик. Сначала тебе надо напиться, а потом протрезветь, успокоиться и подумать.
— Что, бл#ть?! — возмутился Ибо. — Успокоиться?!
— Сначала выпить, — Янь-Янь указал на вскрытую упаковку. — Видишь, сколько.
Ибо надрывно рассмеялся, смаргивая слёзы.
— Так это ты мне притащил? Знал, что я начну психовать.
В ответ Янь-Янь просто пожал плечами. Ибо горько усмехнулся, хлебнул из банки и указал на упаковку.
— Я тебе за это не плачу́.
— Это благотворительность, — невозмутимо ответил начальник охраны и тоже сделал глоток. Так они допили по одной, Янь-Янь молча достал им обоим ещё. После третьей Ибо заявил, что пива мало, нужно чего-то покрепче, и вытащил неизвестно откуда початую бутылку виски, пригубил прямо с горла́ и передал своему телохранителю, тот тоже сделал глоток. Так, прикладываясь по очереди, они прикончили всё виски. И вот когда бутыль опустела, Ибо наконец-то прорвало: он ругался на чём свет стоит, обещал швырнуть Сяо Чжаню в лицо эти чёртовы бумаги и насладиться реакцией. Потому что вот так доверительные отношения не строят! Потому что это сродни предательству. Потому что они ДОЛЖНЫ были обсудить это вместе! Янь-Янь слушал и молча кивал, а немного погодя сунул мальчику ещё пива. Ибо сходу выпил половину, бросил взгляд на банку и истерически заржал, опускаясь на колени.
— Ты на хрена мне Будвайзер[17] припёр?! — зло смеялся он. — Ты же знал, что так будет…
— Потому и припёр, — спокойно заключил Янь-Янь.
Ибо в ответ смял банку прямо с остатками пива и зашвырнул её в стену, а потом его истошный смех перешёл в рыдания. Янь-Янь сидел рядом, укоризненно качал головой и допивал своё пиво.
— Янь-гэ… Зачем он так со мной?.. — начальник охраны обречённо вздохнул: не то чтобы он всю жизнь мечтал утешать рыдающих айдолов, но он уже больше полугода работал на этого мальчика, и, что скрывать, проникся к нему почти отеческой симпатией. Чисто по-человечески хотелось помочь… Ну и да, кого он обманывает? Хотелось помочь им обоим. Поэтому Янь-Янь искренне надеялся, что Ван Ибо сейчас проспится, успокоится, а потом всё-таки сможет его выслушать.
— Ибо, ну всё, всё, — он приподнял своего подопечного за плечи и отвёл в ванную комнату, ведь тот был не только сильно пьян, но ещё и не в себе от внезапных новостей… Пока Янь-Янь умывал, переодевал и вообще приводил Ибо в более-менее надлежащий вид, тот опять затянул свою шарманку: «Хватит со мной возиться», «Я тебе за это не плачу́» и после «Зачем тебе вся эта х@%ня?.. Найди другую работу».
Как настоящий профессионал, Янь-Янь пропустил весь пьяный бред мимо ушей, отвёл мальчика в спальню, уложил в кровать, и наказал: «Спи. Завтра поговорим». Кажется, Ибо так сразу и отрубился (всё-таки реакция на алкоголь у него практически всегда одинаковая), но Янь-Янь всё же оставил дверь приоткрытой, чтобы свет из коридора немного разгонял темноту.
Сначала он, на всякий случай, собрал и спрятал все телефоны Ибо, его ноутбук, а потом подумал и вырубил Wi-Fi. Лишь после этого он вернулся в гостиную, подобрал обрывки бумаг, сжёг их, чтобы никто не нашёл ничего в «звёздном мусоре» (он не думал, что здесь кто-то досматривает мусор Ибо, это же не отель, где в любой момент ожидаешь подставы от персонала, но подстраховаться не помешает), и только после этого разрешил себе расположиться на диване и допить остатки припасённого им на сегодня Будвайзера…
На следующее утро, когда взъерошенный и опухший Ибо появился из спальни, Янь-Янь уже успел убрать беспорядок в гостиной, заварить крепкий кофе и даже сделал какой-то совершенно простой завтрак, типа омлета с остатками овощей, которые обнаружились в вечно пустующем холодильнике.
Первым делом Ибо схватился за кофе.
Янь-Янь сунул ему тарелку с его порцией еды и сел напротив.
— Спасибо, — буркнул тот.
— Не сто́ит.
Они молча поели, и Янь-Янь налил им обоим ещё кофе.
— Теперь поговорим.
Ван Ибо кивнул, и тут же спросил:
— Куда ты дел мои телефоны? И ноут?
Телохранитель усмехнулся:
— Верну, когда закончим. Что ты собираешься делать?
Ибо неуверенно нахмурился:
— Я не знаю. Честно.
— Выслушаешь совет старика?
Ван Ибо кивнул:
— Пожалуй, — он вымученно улыбнулся. — Я действительно не знаю. Всё, о чём думаю я, заканчивается очень плохо.
— Ничего не делай.
— Как? — удивился Ибо.
— Буквально. Не делай ничего, по крайней мере, сейчас. Дай себе время разобраться.
Ибо глотнул кофе и поморщился, а Янь-Янь продолжал:
— Ничего не делай хотя бы месяц. Возможно, через месяц тебе всё это покажется не таким уж драматичным. А через два?.. Может быть, это уже и вовсе не будет иметь никакого значения.
***
Ван Ибо послушался совета старшего. В конце концов, Янь-Янь как никто другой был в курсе всего, что скрыто за кадром публичной жизни невозмутимого айдола. К тому же сейчас, накануне праздников, держать дистанцию с Сяо Чжанем было легче, чем обычно. Ведь помимо текущих съёмок, оба они были заняты в огромном количестве новогодних проектов, концертов, выступлений и передач, и давно уже не виделись, находясь в разных городах… Ближайшее награждение, где им предстоит встретиться — Tencent Star Awards[18], до него оставалось ещё больше двух недель. Ван Ибо надеялся, что за это время он надумает хоть что-нибудь.
И он действительно много думал. От первых, брошенных от злости и сгоряча, слов пришлось отказаться. «Предательство?» Нет, конечно, нет. Очередная неимоверная глупость, связанная с попыткой его защитить. Это да, полностью в стиле Сяо Чжаня. И вот это обидно до чёртиков и даже больно, потому что Ибо уже давно сам может за себя постоять.
Как рассказать Сяо Чжаню, что ему всё известно, но при этом не пошатнуть их тандем, Ибо не знал. Уличить своего партнёра в обмане? И что дальше делать? На этом мысль останавливалась. Или вообще ничего не говорить? Но оставлять такую червоточину в их отношениях он не хотел. Знал, что это будет гложить его самого и в конце концов может всё уничтожить.
Однако страдал он ровно до того момента, пока Сяо Чжань не позвонил ему. Заметив входящий видеозвонок, Ван Ибо внутренне приготовился сыграть очень сложную роль: вести себя так, чтобы его проницательный собеседник ни о чём не догадался. Но увидев усталую улыбку, услышав любимый голос, Ибо внезапно подумал: «А так ли это важно? Нужно ли мне тешить своё самолюбие?.. Нафига мне вообще вся эта драма? Стоит ли оно наших отношений?.. Раз Чжань-гэ молчит, я тоже буду молчать. И даже париться не стану на этот счёт». Рассмотрев своё решение со всех сторон, Ибо понял, что теперь оно не вызывает у него никаких внутренних противоречий. Если Сяо Чжань решает его защитить, то Ван Ибо отвечает тем, что засовывает свою гордость подальше и принимает защиту. Даже, если сам Чжань об этом никогда не узнает…
20.12.2020, раннее утро накануне Tencent Video All Star Awards, Нанкин
И сейчас, по прошествии года, обнимая любимого человека, Ван Ибо думал, ну каким же идиотом он был тогда, что чуть не разрушил их отношения из-за какой-то ерунды. После того, что случилось в этом страшном году, практически всё теряло смысл, кроме вот этой возможности просто быть рядом. Он непроизвольно сжал руками сидящего рядом Сяо Чжаня, тот прекратил петь и укоризненно цыкнул:
— Почему не спишь? Мои колыбельные настолько плохие?
Ибо усмехнулся.
— Просто что-то вспомнилось всякое… — уклончиво ответил он. — Не страшно, если не засну… Так я всё равно отдыхаю, особенно глаза. А ты что там делаешь? Может, тоже лучше поспишь пока?
— Я выспался. Смотрю вот, какие ещё проекты можно возобновить, чтобы им не навредили мои особые фанаты, — он выделил интонацией последние слова.
— Чжань, прекрати их так называть… Какие они фанаты? Это грёбаные хэйтеры[19]. Их надо под суд!
— Хэ-хэ-хэ. Будь снисходительнее, Бо-гэ, — рука Сяо Чжаня успокаивающе прошлась по его волосам. — Помни, что большинство из них — студенты и школьники. Какой прок судиться с детьми? Они мало что понимают и вообще не виноваты, что так всё обернулось.
— И что теперь? Спускать с рук всё, что они творят?
— Нет… конечно, нет. Мои адвокаты продолжают вычислять подстрекателей и клеветников[20]. На кого-то подают в суд, остальным выносят предупреждение. Кого-то блокируют… Но ты же сам знаешь: до истинных зачинщиков нам не дотянуться[21]. Остаётся только брать в расчёт эту новую группу моих особых фанатов…
— Гэ, ты не перестаёшь меня удивлять. Почему ты считаешь хэйтеров своими фанатами?
— А ты сам подумай, — Чжань усмехнулся. — Они уделяют такое пристальное внимание всему, что я делаю. Громко кричат. Частенько узнают о моих проектах даже раньше поклонников. Чем не фанаты?
— Ну ты даёшь…
— Знаешь, легче думать так, а не переживать, что меня ненавидит полстраны, — тихо ответил Сяо Чжань.
«Как вообще тебя можно ненавидеть?..» — в который раз задавался вопросом Ибо. Впрочем, он был рад, что Чжань нашёл для себя такую необычную интерпретацию хэйтеров. Зачастую артистам хватало и меньшей травли, чтобы свести счёты с жизнью или уйти в депрессию. Если бы это случилось… Нет, он отказывался даже думать о таком.
К счастью, Сяо Чжань обладал какой-то неимоверной устойчивостью характера. Когда они только познакомились, Ван Ибо удивлялся, насколько имя Чжаня противоречит его мягкой натуре[22]. Но узнав его поближе, Ибо понял, что просто катастрофически заблуждался: Сяо Чжань боец, каких ещё поискать! В отличие от самого Ибо, который привык идти напролом, Чжань мог отойти, совершить обманный манёвр, затаиться, но никогда не опускал руки. Разве что в краткий миг отчаяния, но и с этим он умел справляться довольно быстро, и вскоре шёл штурмовать поставленную задачу с новыми силами. Откуда он их черпал, оставалось загадкой.
Ибо открыл глаза и слегка развернулся, чтобы видеть лицо сидящего рядом Сяо Чжаня.
— Гэ… — позвал он.
— М-м?
— Это правда?.. Ты, правда, возвращаешься? — тихо спросил он.
Сяо Чжань оставил работу и посмотрел на него.
— Да, я вернулся.
--------------
[1] Нанки́н (南京, Nánjīng, буквально: «южная столица») — бывшая столица Китая, находится в провинции Цзянсу. Город расположен в восточной части страны, крупный промышленный и культурный центр. Место проведения Tencent Video All Star Awards 20 декабря 2020 года.
[2] Сяо Чжань прилетел в Нанкин поздно вечером 19 декабря (около 22 часов): https://t.me/c/1962701171/6
[3] А теперь сравним, в каком виде в Нанкин прилетел Ван Ибо: https://t.me/c/1962701171/7
[4] Маджонг или мацзян (麻将, májiàng) — китайская азартная игра с использованием игральных костей, широко распространена в Восточной и Юго-Восточной Азии. Играется костяшками, чем-то похожими на домино, но правила больше напоминают покер. Эта игра на четверых человек, где каждый играет сам за себя. Поскольку охранников Ван Ибо двое, так же двое «помощников» сопровождали тогда Сяо Чжаня, автор думает, что маджонг для них в самый раз 😆
[5] Начиная с 7 ноября 2020 года (и по текущее время — март 2023 года) Ван Ибо практически всё время носит амулет с косточкой (причём и на сцене, и вне сцены): https://t.me/c/1962701171/8
[6] Сяо Чжань запел песню Уитни Хьюстон «I Will Always Love You» (официальный видеоклип, вдруг кто не видел — https://youtu.be/3JWTaaS7LdU) Далее для тех, кто не знает, откуда взялась эта песня в контексте Ибо и Чжаня: https://t.me/c/1962701171/11
[7] Песня «I Will Always Love You» является саундтреком к фильму «Телохранитель» 1992 года.
[8] Sāinà hé pàn… zuǒ àn de kā fē-ēi… Первые строки песни Джея Чоу «Love Confession» (告白氣球): https://t.me/c/1962701171/12
[9] Давайте и мы вспомним, о чём немного подзабыли за сложные для всех нас годы: лесные пожары в Австралии, преимущественно на юго-востоке страны, продолжались с августа 2019 года до середины января 2020 года, самые разрушительные пожары на этом континенте за всю историю наблюдений. По состоянию на 5 января 2020 года сгорело около 63 000 квадратных километров реликтовых лесов, более 2500 строений (включая более 1300 жилых домов), погибло 25 человек.
[10] Протесты в Гонконге (2019-2021) — серия демонстраций, начавшихся 9 июня 2019 года, против законопроекта об экстрадиции, предложенного правительством Гонконга, позднее отозванного и выброшенного главой Гонконга в мусорную корзину. Несмотря на то, что демонстранты добились своих целей, в мае 2020 протесты возобновились в связи с попыткой принятия центральным правительством «Закона о безопасности Гонконга». На этот раз закон всё-таки был принят.
[11] Первая вспышка изрядно надоевшей нам пандемии COVID-19 по официальным данным была зафиксирована в декабре 2019 года в городе Ухань провинции Хубэй. Это центральная часть Китая.
[12] Инцидент с продажей спекулянтами личного номера телефона Ван Ибо случился 3 августа 2019 года: https://t.me/c/1962701171/13
[13] Уже довольно давно Ван Ибо сопровождают два телохранителя: https://t.me/c/1962701171/19
[14] Полувымышленный персонаж))) Один из ассистентов Ван Ибо, фигурировал в первой части истории Операция «Спаси-Ибо»: https://www.ao3.icu/works/44452906/, мы регулярно видели его в бэкстейджах «Неукротимого», но автор не знает его имени, поэтому в истории он фигурирует под именем Чжоу Вэй.
[15] Вспоминаем матчасть: Yuehua Ent. — агентство, продюсирующее Ван Ибо.
[16] Известно, что бывшая менеджер Ван Ибо — Кан Вэнь — в 2020-21 годах находилась в тюрьме по обвинению в финансовых махинациях. О её дальнейшей судьбе автору неизвестно, как и неизвестно насколько от её злоупотреблений пострадал сам Ибо. Насчёт того, кто слил телефон Ван Ибо спекулянтам — авторский вымысел.
[17] С осени 2019 года и по осень 2021 Сяо Чжань являлся рекламным лицом Будвайзера: https://t.me/c/1962701171/25
[18] Tencent Star Awards по итогам 2019 года проходил 28 декабря 2019 года: https://t.me/c/1962701171/26
[19] После случая, известного как «Инцидент 227», произошедшего 29 февраля 2020 года, Сяо Чжань больше года подвергался массовым атакам хэйтеров. Коротко об этом инциденте (поскольку вроде все знают, но частенько не совсем то, что случилось тогда). 29 февраля 2020 года комитет по цензуре заблокировал для материкового Китая популярный сайт фанатского творчества AO3 (о, вау, когда я это писала, не думала, что буду публиковаться здесь, и что наш «комитет по цензуре» тоже заблокирует АО3… иронично 😒😒😒), а также приложение Lofter (ещё одна площадка фан-творчества). В сети прошёл НЕПОДТВЕРЖДЁННЫЙ слух о том, что накануне (27 февраля 2020 года, поэтому и «227») в комитет пожаловались поклонники Сяо Чжаня (из-за неприемлемого по их мнению фанфика с АО3, вокруг которого до блокировки разгорелся большой холивар), участники остальных фандомов, возмущённые блокировкой любимых ресурсов, решили отомстить предполагаемым доносчикам из числа поклонников Сяо Чжаня, путём организации совместных акций, направленных на подрыв репутации их кумира. Никаких подтверждённых данных о том, что в комитет по цензуре кто-то пожаловался, до сих пор нет.
[20] 23 апреля 2020 года студия Сяо Чжаня (не путать с его агентством, это разные вещи) сообщает о том, что в суд направлен иск о заведении уголовного дела против клеветников в соцсетях: https://t.me/c/1962701171/28/
[21] Внезапно ДИСКЛЕМЕР: Среди поклонников Сяо Чжаня (и не только) есть расхожее мнение, НЕ ОБОСНОВАННОЕ НИКАКИМИ ФАКТАМИ (но если подумать, достаточно правдоподобное), что столь массовые и продолжительные кибератаки против одного человека (который вообще не причастен к заявленной причине начала кибербуллинга) — заказанная, спланированная и срежиссированная акция. Автор придерживается такого же мнения, и данная история будет строится на МНЕНИИ автора, и некоторых неподтверждённых слухах. Однако автор не настаивает на правильности своей трактовки, и напоминает, что история ВЫМЫСЕЛ, хоть и основанный на реальных событиях.
[22] Наверное, многие в курсе, но на всякий случай: иероглиф 战, которым записывается имя «Чжань», имеет значение — война, сражение, битва.