Work Text:
Топливный датчик прозрачно намекает хозяйке, что пора бы заправиться, и Мисаки сворачивает к ближайшей заправке. Нельзя, чтобы двигатель заглох посреди очередной погони, а она будет точно.
Ведь Ноябрь уже позвонил и сказал, что узнал, где появится контрактор-маньяк, так что сегодня их ждет бурная ночка. Нельзя остаться пешими в такой момент.
Мисаки косится на Пай — и до сих пор не понимает, как ее угораздило получить в напарники контрактора. Да еще и конкретно этого. Она одновременно и похожа на Ли… Хэя, и совершенно отличается от него.
Но тут Пай ловит этот робкий, изучающий взгляд, Мисаки резко отворачивается и только поэтому не замечает улыбку, которая трогает уголки чужих губ.
Кирихаре до сих пор некомфортно в обществе новой «коллеги» — уж себе можно признаться в этом. Она всегда держит свое гладкое лицо ровно натянутым, а блэкаут-шторы в зрачках никогда не расходятся и не пропускают ни единого лучика эмоций. Кирихара никогда не может понять, о чем думает Пай. Может, она планирует поджарить всех окружающих? Вряд ли кто-то в спецотделе удивится такому исходу.
А еще нужно набрать воды, на всякий случай, потому что лед и электричество одинаково нуждаются в ней. Не помешает. Та высокая африканка в прошлый раз не успела помочь, чуть не упустили преступников, поэтому Мисаки предпочитает подстраховаться на этот раз. Кто-то ходит на работу с пистолетом, кто-то с канистрой воды, а она берет и то, и другое.
Мисаки ждет, пока датчик не загорается зеленым, проводит карточкой по считывателю, отгоняет Porsche и останавливается чуть поодаль.
— Помоги, пожалуйста.
Пай выходит, достает с заднего сиденья канистру и идет следом за Мисаки — им разрешили набрать воды в туалете.
Канистра с журчанием наполняется, и Мисаки уже выключает кран, когда чувствует на талии маленькие ладони.
Пай миниатюрна, но легко удерживает невольно дернувшуюся Мисаки. Мягкие губы скользят по шее Кирихары, а в голове эхом отдается шепот:
— Ты слишком напряжена, это может помешать тебе во время операции. Я помогу тебе расслабиться.
Голос ее тоже совершенно ровный, без единой шероховатости, стерильно-белый, и действует как наркоз. Ему не хочется сопротивляться.
Мисаки закрывает глаза, позволяя Пай творить все, что ей вздумается. И та принимает приглашение.
Нежно ведет пальцами по шее, запускает руки под одежду, проводит ногтями по животу, опускается ниже.
И Мисаки легко представить, что это руки другого человека. Человека, не контрактора. Ему она может позволить все. Могла бы. Если бы он выбрал ее, если бы не ушел в погоне за мечтой, если бы не смотрел так нежно на бледную куклу рядом.
Когда они выходят из туалета минут десять спустя, заправщик смотрит ехидно и слегка завистливо. Мисаки не позволяет себе покраснеть и решительно идет к автомобилю.
Пожалуй, сработаться с Пай будет проще, чем она ожидала.