Chapter Text
“Внимание-внимание! Сохраняйте спокойствие!”
Миха вздрогнул, распахивая глаза, готовый рывком скатиться с кровати. Только голова Макса на плече не дала сделать это сразу же, не просыпаясь вообще. Годы работы с Зоной сделали своё дело: сначала среагировать на тревогу, потом уже просыпаться. Макс, впрочем, тоже, даже несмотря на хорошо если три часа сна, тёр глаза, пытаясь вернуть в норму шалящее зрение.
— Тревога? Зона? — хрипло удивился он.
Миха судорожно шарил рукой в поисках закинутого на зарядку телефона. Во внутренней сетке скорее всего по этому поводу уже должно что-то быть. Как минимум — тысяча и один призыв лучшему обнаруженцу срочно нестись в штаб, чтобы кого-нибудь спасать, вытаскивать или вести. Телефон жалобно пискнул, с верхней панельки на Миху грустно смотрели два перечёркнутых крестами заборчика мобильной сети. Связи не было. Вообще. Совсем. Макс молча повернул свой телефон. Дела у него обстояли не лучше: то же полнейшее отсутствие сигнала. Ввинчивающийся прямиком в мозг сигнал тревоги, призывающий сохранять спокойствие, наконец заткнулся.
— Ма-аксик, может ну их нахер? — попытался выторговать хотя бы ещё пять минут Миха, уже сползая с кровати. Идти куда-то прямо сейчас было совершенно лениво. Даже если там без них начнётся локальный апокалипсис. В целом, если с таким наличием отсутствия связи к ним ещё никто не ломился прямо в квартиру, в штаб можно сильно не спешить.
— Нет уж, — фыркнул Макс, поразительно бодро для невыспавшегося человека дефелирующий по комнате в поисках закинутых куда-то штанов. — ЗОНА нужны её герои.
Миха не стал уточнять, что самим героям нужно высыпаться, и желательно, как, а не куда, и не вскакивать по тревоге задолго до будильника. В конце концов, он старый, больной человек.
— Всем бы такими старыми и больными быть, — усмехнулся Макс, ставя на стол кружки и подходя к откровенно залипшему у дверного косяка Михе.
На то, чтоб сварить нормальный кофе, времени не было, поэтому он уже успел залить кипятком заведённую специально на подобные случаи растворимую бурду, которую назвать кофе язык не поворачивался, однако она годилась, чтоб получить хоть какую-то дозу ежеутреннего кофеина. В конце концов, лучше так, чем целый день бегать по Зоне сонной мухой, рискуя угробить и себя, и пару человек сверху.
— Блять, — выдохнул Миха, когда Макс самым наглым образом притёрся ближе, заставляя прижаться спиной к косяку, — мы так далеко не уедем…
— Уедем, — хитро улыбаясь, заверил Макс.
Плавным движением он опустился на колени, неотрывно смотря в глаза. Иногда Михе казалось, что на этот хитрющий взгляд у него давно выработался условный рефлекс, как у какой-нибудь собаки Павлова. По крайней мере, вставало сразу и бесповоротно, впрочем как и на всего Макса. Возможно, у нормальных людей это называлось бы любовью, может даже влечением, но Миха предпочитал звать это коротко и ёмко — охуенностью. В этой категории Макс занимал почётное первое и единственное место по всем параметрам: со всеми своими привычками выуживаться, хитрыми улыбками, совершенно гипнотизирующими глазами с вертикальными зрачками и многим-многим другим.
Чемпион по охуенности, между тем, времени зря не терял. Стянув домашние шорты куда-то до колен, он вобрал сразу на всю длину, заставляя Миху хрипло выдохнуть сквозь зубы. Картонные стены служебной пятиэтажки в голос стонать, увы, не позволяли, иначе все соседи разом узнают, чем занимаются герои ЗОНА вместо спасения научного городка от непонятно чего.
Макс отсасывал медленно, то дразняще проходясь языком по всей длине, то забирая целиком. Как будто они совершенно никуда не торопились, а на столе не стыл растворимый кофе. Или как будто Макс намеренно издевался, собираясь довести Миху ртом до состояния желеобразной медузы. Миха, по правде говоря, готов был уже молить о пощаде. Если бы сумел связать хоть пару слов. Если бы мозги не плавились от медленных тягучих движений, от ощущения языка, влажного, горячего рта на члене. Макс, зараза такая, еще и хитро смотрел снизу вверх, наверняка замечая судорожно цепляющуюся за косяк руку, чувствуя, как сжимается в волосах вторая рука.
Миха любил волосы Макса: длинные, шелковистые, в них было приятно зарыться рукой, пропуская пряди сквозь пальцы. Только вот едва ли он вообще сейчас был способен обращать на них внимание. Не снять бы скальп в попытках то ли ускорить, то ли наоборот замедлить происходящее. Макс, почувствовав, похоже, что ещё немного и Миху придётся отскребать с пола, так что обнаруженцы останутся без лучшего сотрудника, ускорился, прекращая мучить и доводя, наконец, до разрядки.
Миха бы так и сполз, наверное, по косяку, если б не Макс, довольно облизываясь, полезший целоваться. Как ни странно, это позволило если не отдышаться, то уж хотя бы унять подгибающиеся от этого медленного издевательства ноги.
— Ну что, с добрым утром? — хитро улыбнулся Макс. Вот же змейская изворотливая натура! И что характерно — сработало. Утро разом стало приятнее, бодрее даже как будто.
— Завтракать! — рыкнул Миха, зверски сверкая глазами и, не удержавшись, шлёпнул Макса по ягодице, закрепляя эффект устрашения. Макс, конечно, не устрашился, но с так и не сошедшей хитрой улыбкой всё-таки отошёл.