Work Text:
Веритас был замечательным сыном. Он слушался родителей, прилежно учился, не нарушал правила — был чудом, а не ребёнком. Но уже с ранних годов у него была проблема с тем, чтобы вовремя ложиться спать. И вовсе не из-за каких-то каприз! Кто же виноват, что его родители сидят допоздна с делами или досугом? Один может поймать вдохновение хоть посреди сна, подорваться и побежать работать над чертежом. А второй порой уснуть не может, если знает, что муж не спит. Веритас даже как-то раз случайно подсмотрел, как Кавех активно обсуждал свою работу сам с собой, пока Аль-Хайтам сидел в кресле поодаль и просто наблюдал. В его руках была книга, которую он, видимо, пытался читать, но хватило не так уж надолго.
Не то чтобы Веритас остался незамеченным. Кавех в порыве активности заметил движение за углом и тут же поймал сынишку на руки.
— Ты почему не спишь? — спрашивает он, удобнее устраивая Веритаса на руках и подходя к мужу.
— А вы почему не спите?
— Хороший вопрос, — Аль-Хайтам забирает мальчика и усаживает его к себе на колени, ещё и стреляет недовольным и очень сонным взглядом в сторону Кавеха и его чертежей.
Веритас не засыпает даже в объятиях уснувшего отца. Он интересуется его книгой, но некоторых слов совсем не понимает, поэтому скоро книжка закрывается и отправляется на столик рядышком. Как совёнок, Веритас вертит головой и отслеживает любое движение в комнате. ещё и моргает забавно, заставляя Кавеха засмеяться в один момент. И наконец-то отвлечься от проекта. Он на отдельном листке что-то быстро чёркает, прежде чем решает всё же оставить работу на потом.
— Беги в кроватку, я сейчас к тебе подойду, — шепчет он Веритасу, помогая выбраться из отцовской хватки. Мальчик кивает, но всё равно на секунду задерживается на выходе из комнаты. И замечает, как Кавех подхватывает Аль-Хайтама на руки.
В тишине можно услышать едва разборчивое хайтамовское: «ты уже не молод для такого», но ответа не слышно. Да и Веритас послушно убегает в свою комнату. Он всё ещё не хочет спать.
Кавех действительно заглядывает в детскую через какое-то время. Он садится на край кровати, поправляет Веритасу одеяло и непослушную пушистую чёлку.
— Рассказать тебе что-нибудь, чтобы ты уснул?
— Но я не хочу спать, — был бы Веритас помладше, он бы ещё возмущённо топнул ножкой.
— Надо, птенчик, — Кавех подсаживается ближе, опираясь спиной об изголовье, и подтягивает сына к себе, чтобы обнять. — Ты же утром не встанешь.
Отвечает Веритас не сразу. Он задумывается над отцовскими словами, но с мысли его сбивает тихое пение. Кавех гладит его по вьющимся локонам и напевает незамысловатую колыбельную. Веритас уверен, что он так не уснёт. Он уже не маленький. Он же...
Только узнав про Школу познавателей, Веритас сразу заявил, что хочет туда попасть. Он уже ожидал отговорок, что он ещё мал для такого, что туда будет не так просто попасть. Но Аль-Хайтам многозначно кивает головой. Радости мальчика не было предела. Но он не уверен, насколько она погасла или возросла, когда оказалось, что его просто свозят туда на экскурсию, а не отправят учиться.
В то утро он даже не знал, куда себя деть. Проснулся рано-рано, умылся, собрался и сидел ждал родителей в гостиной. Кавех, увидев его, даже подумал, что проспал работу, пока не глянул в календарь, где значился выходной. Аль-Хайтам в дороге дополнительно радует Веритаса новостью, что его дядя уже ждёт с ним встречи.
С Анаксой Веритас виделся мало. Точно были пара раз, когда он сам был ещё совсем крошкой, но он их плохо помнил, а потом тот не так часто их навещал. Поэтому предвкушение не давало Веритасу покоя. Аль-Хайтаму даже пришлось разок окликнуть его, чтобы он не бесновался. Веритас немного пугается, когда Анакса их встречает в инвалидном кресле, но отец подбадривающе подталкивает его в плечо.
— А ты вырос, — вместо приветствия говорит Анакса и кивком здоровается с братом. — в прошлую нашу встречу ты был намного меньше.
— А ты был без этого, — Веритас указывает на кресло, вызывая у Анаксы непринуждённую улыбку.
— Просто твой папа нас покатает, пока я показываю тебе школу.
Это место очень отличалось от сумеровской Академии. Веритас почти всю дорогу не мог решить, что ему нравится больше. И рассуждал над вопросом, сможет ли он учиться и там, и там одновременно. И дядю слушал он внимательно! Точнее... старался. Где-то через пару коридоров Веритас понимает, что у него начинают слипаться глаза. Он удобнее встраивается в руках Анаксы, упирается затылком в его плечо и пытается не засыпать. У него не получилось.
— Ты как это сделал? — Анакса не сразу понимает, о чём его спрашивает Аль-Хайтам, пока не смотрит на тихо посапывающего племянника.
— Некоторые студенты засыпают за моими лекциями, видимо, я снова заговорился.
— Мы с Кавехом ему чего только не читали, он ни разу не засыпал.
— Ну, — Анакса поднимает довольный, едва ли не нахальный взгляд. — значит с ролью дяди я справлюсь успешно.
С возрастом проблема со сном у Рацио не пропадает, но он ловко научился с ней справляться. Он регулирует свои расписания и графики, чтобы была возможность поспать днём, а ночью спокойно поработать без вреда для здоровья. Вот только кое-кого это всё равно не очень устраивает.
Засижываясь с очередными исследованиями, Веритас не сразу слышит, как открывается дверь домашнего кабинета, а шуршащие от домашних тапочек шаги он замечает за секунду до того, как на него наваливаются со спины.
— Док, пойдём спать, — мурлычит на ухо Авантюрин.
— Мне нужно закончить тут, так что лучше ложись без меня.
— Если бы я мог спокойно это сделать, разве я бы тут был? – Рацио только хмыкает на этот аргумент, но всё равно не отквлекается от работы, пока с его лица не стаскивают очки, а бумаги отодвигают дальше по столу. — Мы идём спать, Веритас.
Обращение по имени означало отсутствие возможности отказаться или попытаться защитить свою точку зрения. И Рацио уверен, что он всё равно не уснёт, пока светлая макушка не мелькает перед ним, когда Авантюрин удобно устраивает голову на его груди.
— Сладких снов, — с желанием услышать ответ уже шепчет он.
— Доброй ночи, — отвечает Рацио, обнимая Авантюрина и устраиваясь так, чтобы уткнуться носом в его макушку.
Проходит от силы пара минут, а он удивлённо замечает, что на него начинает накатывать сонливость. Веритас улыбается сам себе и догоняет любимого на пути в царство сна.