— Немного левее, — говорит Джим и пальцами приближает камеру. — Хорошо слышно?
— Прекрасно, — сухо говорит Спок. — Я не пребываю в восторге от вашего нахождения на планете.
— Я не пребываю в восторге, капитан, — поправляет его Джим и улыбается. — Расслабься, я сижу на одной точке и смотрю за вашими передвижениями. Не напугайте местных.
— Я и не напрягался, — уведомляет его Спок. — Вам бесполезно цитировать Устав. Положение оптимально?
— Нет, сместись еще немного, — Джим закусывает губу, меняя угол обзора. — Я не люблю работать с развитыми цивилизациями. Очень легко засветиться. А что ты делаешь сегодня вечером?
Слышится посторонний кашель, и Спок ледяным тоном напоминает:
— Капитан, это общий канал.
— Я знаю, — отмахивается Джим. — Я же должен поднимать вам настроение, пока вы ползете по-пластунски. Делов-то, метнуть один снаряд.
Делов-то. Подползти к тщательно охраняемому комплексу, пользуясь тем, что маскировка в двадцать втором веке шагнула на несколько этапов вперед, определить, что в здании находятся именно недавно вернувшиеся космонавты, чей корабль получил брешь, находясь на соседней планете, активировать снаряд — и выбраться, пока его источник не был обнаружен.
Украдкой спасать планеты от космических вирусов так муторно.
Спок и парочка краснорубашечников уже у здания, так что Джим перестает мешать эфиру. Он сканирует пространство и выводит на очки группы инфракрасные обозначения. Пальцы немного сводит.
— Молодой человек, а во что это вы там играете?
Джим дергается, натягивая на лицо лучшую улыбку. Вот сейчас он рад, что весь измазался в зеленом — здешняя раса удивительно похожа на землян, исключая цвет кожи и форму половых органов. Но любопытные старушки — в любой расе любопытные старушки.
Джим понял это еще общаясь с Советом Вулкана.
— Да игра про космических захватчиков, — отбивает он, пряча планшет. — Ну и ну, самое время начать проникновения.
— Глупости все, этот космос, — старушка с приятными фиолетовыми волосами садится на скамью рядом. Точки на карте — Спок и команда — правильно интерпретируют слова Джима и начинают проникновения. — Коль за столько лет не нашли ничего, и дальше не найдут.
Ага. Земля тоже так думала.
— Детишкам нравятся сказки, — хрипло говорит Джим, жалея, что ему нельзя выключать микрофон. — В этой игре, кстати, нужно воспользоваться второй лестницей. Чтобы не привлекать внимания.
— Да ты не детишка уже! — старушка смеется. — Ну как, семья есть уже?
— Ага, — Джим кусает губы. — Большая и очень вредная.
— А невеста-то?
Она что, добыла откуда-то цитатник Вайноны Кирк?
— Ага, — вздыхает Джим, приближая расстояние на планшете. — Невесте, кстати, нужно поторапливаться, если она не хочет, чтобы… ну, понятно.
— Хочешь, чтобы тебе предложение сделали? — старушка закатывает глаза. — Ну молодежь, ну нравы.
Резкий сигнал на планшете означает, что снаряд был отправлен. Время сматываться.
— Спасибо, бабуль, — Джим салютует ей, но она очевидно не понимает жеста. Хорошо еще, что универсальный переводчик справился. — Может, ты еще увидишь, что скрыто в глубине космоса.
Спок посылает сигнал тревоги — и Джим активирует дрона, из своего мирного парка перебираясь ближе к объекту-государственной-важности.
Они все равно справились.
* * *
— Невеста? — невинно уточняет Спок и мощно двигает бедрами.
Джим тихо стонет и смеется, цепляясь за простыни.
— Тебе… что-то не нравится?
— Я бы сказал… — Спок подхватывает его под живот, и Джим заходится криком, сжимаясь, сильно сжимаясь, наверное, Споку больно… — Что предпочел бы быть в курсе любых ваших матримониальных планов.
— Ну, теперь ты же в курсе, — Джим медленно дышит, пытаясь расслабиться, и подается назад, пытаясь ощутить больше. — Ты не хочешь там, я не знаю, подключиться ко мне?
— Твой разум прекрасен, — начинает Спок и несвойственно для себя сбивается. Его пальцы касаются лица Джима, и их так просто поцеловать, скользнуть по ним языком, что удержаться невозможно. Спок издает сладкий тихий звук — и обводит подушечками его губы. — Но, я боюсь, так все закончится слишком быстро.
— Боишься меня разочаровать? — Джин медленно, медленно подается назад, вбирая в себя самый классный член в космосе. Объективно у Спока не очень длинный или толстый, но, может, это и делает его самым классным. — Потом… вылижешь… и вставишь… люблю твои пальцы.
Он прикусывает подушечки, а затем, как может, берет за щеку, закрывая глаза. Спок издает звук, который ни в коем случае нельзя назвать хныканьем, и толкается глубже — всего на секунду, но так, что горло сокращается, а по коже проходит дрожь.
А потом влажными, горячими пальцами находит точки на лице Джима.
И Джим
никогда
не готов.
Джим отлетает, расслабляясь всем телом. Он чувствует одновременно и толчки в свое тело, как иногда от них сладко простреливает; и — какой же он узкий, как давно они не трахались так, как Споку хорошо, и как он хочет грубее — но не смеет, он будто пробует на вкус, но не кусает, и это так томительно, это так…
— Быстрее, — шепчет Джим, в голове или в реальности, и Спок слушается, опуская вторую руку ему на бедро.
Спок натягивает его — так, что они оба мгновенно перегружаются, и хнычет уже Джим, пытаясь хотя бы удерживать бедра ровно. Смазка хлюпает, и звук такой громкий, что он смутил бы, будь хотя бы один из них менее искушен. Спок снова наклоняется и прикусывает плечо, царапает клыками, и Джим, каждый раз как в первый, чувствует — хочется укусить сильнее, хочется оторвать кусок плоти, хочется сожрать, чтобы никогда, никогда больше не выпустить.
От этих мыслей течет член, а Джим улыбается, предлагая — сильнее. Давай, сильнее, я не растаю, давай, сделай мне больно, ты же почувствуешь, когда хватит, ты же почувствуешь…
А потом Джим вскрикивает, потому что это — правда — больно.
Он сжимается так, что им обоим нехорошо, он весь дрожит, он представляет размер синяка, который останется под форменкой, и Спок прокидывает ему в мысли какую-то форму извинения и сожаления, а Джим отбивает ее, будто битой — и насаживается сам, шумно сглатывая.
Он хотел бы ходить, так искусанный.
Он хотел бы, чтобы Спок не останавливался.
Пальцы на лице давят сильнее, будто Спок собирается соединить их крепче — навсегда.
Надо потом будет спросить, что он на самом деле думает о шутке про невесту.
Может, им надо хотя бы обозначить статус их отношений. Как-нибудь. Чтобы не вышло. Недопониманий.
— Капитан, — выдыхает Спок ему на ухо и сбивается на откровенно жалкий стон. — При всем том уважении, что я к вам испытываю, вы…
Джин не хочет, чтобы он заканчивал фразу — поэтому начинает двигаться быстрее, сжиматься специально, ритмично, забирать Спока в себя, потому что не надо, потому что не стоит…
— Идиот, — завершает Спок и разрывает связь — чтобы повернуть Джима к себе за подбородок и поцеловать. Сладко. Хорошо. Ровно как нужно.
Странно. Спок предпочитает кончать, пока связь еще активна — и в этом случае удовольствие странно и трепетно можно делить на двоих, как делить и любые мысли и переживания.
Правда странно. Но Джим не спорит. Джин отвечает на поцелуй и приоткрывает рот, чтобы было удобнее. Хочется, чтобы Спок натянул его за волосы, но без волшебной связи он не поймет, и поэтому приходится перехватить руку — и положить ее правильно.
А потом Джим кусает губы, чтобы не быть слишком громким, потому что так — вот так, да! — хорошо.
Спок чертов бог, особенно когда разбирает тело Джима на атомы. И когда догадывается обхватить член. Джим кончает первым, стимуляции слишком много, он стонет на выдохе — и подается назад, даже если ему больно, ему хочется, чтобы Спок кончил внутрь, а потом вставил свои пальцы и трахал по сперме, и…
Джим дергает руку Спока к себе и ставит на лицо, не тратя время на коммуникацию — просто вбрасывая желаемое картинкой.
Он же не знал, что это для Спока будет последней каплей. А если бы и знал, сделал бы то же самое.
Спок кончает с таким тихим и высоким стоном, что второй оргазм из него хочется высосать. Его член пульсирует внутри. Потрясающе.
Джим дарит ему отзвуки своего удовольствия и призывает упасть на себя сверху. Спок слушается — после оргазма он потрясающе податливым, Джиму так нравится им командовать, Джим хотел бы…
— Ты недостаточно командуешь мной на службе? — уточняет Спок, едва-едва двигая языком, и Джим тут же ухмыляется.
— Тут — другое. Ты ведь не обязан меня слушаться.
— Мгм, — сообщает Спок и трется щекой об его плечо. — Но мне нравится тебя слушаться.
Джим закусывает щеку так, что искра боли достается им обоим, но молчит, только заводит руку за спину и вжимает Спока в себе еще сильнее. Тот касается губами яркого свежего укуса.
— Кстати, — Спок коротко прикасается языком. — Насчет статуса наших отношений.
Джим прикрывает глаза.
Блядь.